Вверх страницы
Вниз страницы

Undercover: Catch Me If You Can

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Undercover: Catch Me If You Can » Миссия невыполнима » Practice random kindness and senseless acts of beauty (c)


Practice random kindness and senseless acts of beauty (c)

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://render.fineartamerica.com/images/images-profile-flow/350/images-medium-large-5/2-gothic-arches-below-the-bute-hall-of-the-glasgow-university-leander-nardin.jpg
31 октября 2016 года; Глазго, Шотландия
Джоанна Мерсер & Рози Гринберг; Эдвард Кавендиш NPC

Рози много ко всему привыкать не хочется. Например, к положению временного финансового директора Агентства и пост-фактуму о кончине герцога Девонширского . Агентство, напротив, очень радуется Рози и всячески пытается ввести её в курс дела - а она, в свою очередь, разрывается между подготовкой похорон и свиданиями с госпожой Мерсер.
Зло, конечно, не дремлет, и по дороге из серо-буро-малинового кирпича Рози ждут пикантные подробности... если бы о личной жизни старшего брата.
Warning! Дух Самайна, много крови, много трупов, романтишная мисс Мерсер; сдохните, стирвы (тм).


[icon]http://i.imgur.com/Il5viv9.jpg[/icon]

+1

2

soundtrack

ССЫЛКА

Дядя Дэвид - и Агентство целиком, от охранника Майлза до стажёра-кофевара - были к ней необычайно милы. Каждый из присутствующих в Штабе агентов возводил в ранг долго бесчисленные экскурсии по обшарпанным катакомбам в деревянных настилах с продолговатыми кварцевыми лампы, где закладывало уши, так сильно гремели проносящиеся параллельно линиям переходов поезда; водили её и по лабораториям, и про доступы увроней разъяснили, и выдали именную карточку, и вежливо, сочувствующе кивали, когда Рози проходила мимо, с нежной улыбкой силясь вспомнить имя очередного бывшего «оливера твиста» отца или знакомого по приёмам.
Вначале её упорно называли Кавендиш, потом перешли на миссис Тёрнер, и, в конце концов, смирились с Гринберг. Мошкарой облепляло чувство, что Агентство переживает смерть герцога тяжелее, чем всё семейство лордов Девонширов и леди в частности - впрочем, догадки уходили недалеко от правды.

Такую работу, конечно, в кино про Джеймса Бонда не показывали.

Столбы документации, упирающиеся в побеленный потолок, приводили Рози в ужас. Отчёты о миссиях сдавались в письменном виде и аудиофайлами, что после вносилось во внутреннюю сеть вручную секретарями и перепроверялось; счета, банковские выписки и записи с камер общего наблюдения комплектовались, рассортировывались и выстраивались в хронологическом порядке. Было пять штатных психотерапевтов, совмещающих свои обязанности и с другими организационными моментами.

У герцога - Рози - был большой кабинет.

Просторный и чистый, светлый и полный воздуха, он резко контрастировал с угнетающей, громоздкой обстановкой мебели викторианского периода, и даже люстры здесь гремели хрусталиками, которые непременно протирали ежедневно. Рози часто стояла у окна, выходящего на реку Клайд, скрестив руки, и молчала. Роем крутились наставления дяди Дэвида, нераскрытой валялась пухлая пачка крафтовых конвертов с посмертными инструкциями отца.

Рози не знала, ненавидеть его педантичность или же преклоняться перед ней. Он руководил своими детьми, бывшими жёнами и подчинёнными и из могилы.

Рози надеялась, что отец встретил маму, и мама, в отличие от Рози, давно его простила. Ей шестнадцатый раз названивал адвокат по вопросу завещания, и в пятнадцатый раз она откладывала встречу.
У Рози была встреча, но не с инвесторами, а Джоанной Мерсер.

Рози выглядела, ну, в общем, как обычно - с неприметным макияжем, вишнёвой помадой и шерстяном тёмно-синем пальто. Ветер рассекал фаланги пальчиков и, без перчаток, они бы давно превратились в располосованные ледяные сосиски; иней покрывал рябью поверхность реки. Было пасмурно, стоял туман, капельки оседали на плечах и в локонах, лениво тащили баржу паромы, больше гудя, нежели преодолевая дистанцию, попадалось под каблучки битое коричневатое стекло.

Они договорились на двенадцать пятнадцать у Кингстонского моста. Было тридцать первое октября, канун Дня Всех Святых, Хэллоуина.

Рози повторяла все эти незамысловатые фразочки потрескавшимися орнаментами губами раз из раза, проговаривала названия монстров, которых встречала на улице - Глазго был таким маленьким, домашним, почти игрушечным... и стайками рассыпались подростки и студенты, уже примеряли резиновые маски гоблинов, в обнимку шагали с упаковками искусственной крови, щеголяли раскрасками в духе «Kiss».

Рози шла дальше, изредка натыкаясь мысками замшевых сапог на мелкие камешки и булыжники.

Ей говорили, что она в порядке - ну, психотерапевты - но советовали не прекращать курс лекарств, не уходить в себя и давать эмоциям волю. Рози всенепременно кивала и соглашалась.
Она же теперь значилась финансовым директором и должна была выполнять правила Агентства. И об этих правилах она продолжала думать почти всегда - и когда Рик упорно производил впечатление, что ничего от неё не скрывает, и когда адвокат по вопросам завещания пытался подловить её в вестибюле отеля, и сейчас, когда она эфемерно целовала Джоанну Мерсер в щёки. После закурила.
- Промозглая погода, не правда ли? - Рози, скрестив лодыжки, изобразила радость на лице - едва уловимую, приглушённую, но всё же радость. - Рада видеть вас, госпожа Мерсер. Предлагаете пройтись по магазинам или выпить чашечку кофе?

Рози питала потрясающее отвращение ко всем вариациям и проявлениям так называемого кофе «шотландского», будь то напиток с ликёром «Драмбуи» или же скотч.
[icon]http://i.imgur.com/Il5viv9.jpg[/icon]

+1

3

Насыщенный октябрь почти подошел к концу, собираясь завершиться на оптимистичной ноте - чужих похоронах, кстати говоря, не первых, где ей предстояло побывать. Но в этот раз все было несколько... иначе, ведь в гробу оказался сам герцог Девонширский, давно и упорно состоявший в интересных отношениях с приснопамятным Агентством. Никакой личной неприязни к герцогу Управитель не испытывала: они не встречались, не слышались, но о человеке судят по делам и последствиям, и по тому, что оставалось за Кавендишем, можно было делать вывод - он был крайне опасным противником. И потеря такого противника омрачала светлый праздник Хэллоуин, в котором светлого были лишь огоньки внутри тыквы.
«Должно быть, Эд вне себя от горя», - подумалось Джоанне, когда в иллюминаторе самолета показался туманный альбион. - «Или радости, хотя вряд ли ему достанется хоть что-то с праздничного стола - лишь крошки».
Об отношениях между отцом и сыном, старшим из всех, была наслышана из первых уст - Эд порой обожал потрепаться после секса, это было у него вместо сигареты, которую с молчаливой участливостью раскуривала Мерсер. То, как министр финансов ненавидел и боготворил отца, было невероятно увлекательно и, честно признаться, пугающе. Наверное, поэтому первым делом она подумала, что Эдвард как-то причастен... но после эти мысли отмела: вряд ли он пошел бы на подобную глупость. Разве что, если только очень, очень, очень сильно отчаялся.
Не потому ведь, что она его отшила на аукционе в сентябре?
Но в Глазго Джоанна прибыла вовсе не из-за Эда, не из-за смерти герцога, хотя отчасти и из-за этого тоже - за короткий месяц, что удалось познакомиться и пообщаться с милейшей Рози, могло показаться, что между ними установилась некая связь. Мерсер испытывала почти по-матерински заботливые чувства, смешанные с чем-то фантазийно-эротичным, по отношению к Гринберг, а та... Джоанне хотелось верить, что сей закрытый творческий человечек тоже в ней что-то разглядел, иначе бы не соглашалась на встречи в такой ужасный для нее период. Вероятно, при всей известности, у Рози не осталось близкого человека, который бы предоставил плечо на поплакаться. Интересно, куда делся ее супруг?
Джоанна коснулась рукой, затянутой в перчатку из тонкой, но прочной черной материи, края плаща - матово-черного, словно поглощающий любой спектр. Черные полусапожки изящно скрывали ноги от промозглого шотландского ветра, а легкий макияж лишь подчеркивал лучшее, помогая создать иллюзию искренней скорби и сочувствия.
- Как и везде на островах, - мягко улыбнулась, присаживаясь рядом. - Джоанна, Рози, зовите меня по имени.
Сидеть было холодно, ветер трепал по щекам и тщательно уложенным локонам, промозглость царапала по коже, но Мерсер стоически сидела, разглядывала Гринберг, которая словно бы пыталась съежиться и испариться. Поэтому подсела поближе, ласково просочилась руками под локоть Рози.
- Лучше чаю, не находите? Горячий чай с лимоном и чем-нибудь сладким. А вы расскажете, почему с нашей последней встречи стали еще бледнее.
Брусчатка глухо отбивала ритм каблуков, пока Мерсер то ли жалась, то ли прижимала Рози к себе - у нее это выходило так естественно и само собой, что казалось, будто так и должно быть, и они уже знакомы почти сотни лет, дабы было позволительно ходить в любой стране, любом месте именно так, как старые подруги, как вечно пылкие любовницы.
- Знаете, Рози, - вдруг с романтически грустным налетом в голосе произнесла Джей, - скорбь порой принимает удивительно занятные формы. А порой на нее не остается времени. Когда-то очень давно, теперь кажется, что в прошлой жизни, я... потеряла очень важного для меня человека. К сожалению, у меня не было ни времени, ни возможности оплакать его, смириться с его потерей, и мне все чаще чудится, что я не смирилась с его потерей.

+1

4

Ни фривольным, виртуозным нарушениям прозрачных параллельных линий границ личного пространства, ни бархатному шелесту голоса госпожи Мерсер, как переливался велюр, ни скачкам по этикету обращения - Рози не сопротивлялась ничему. Она двигала уголками губ и напряжённо, позволяя бризу забираться сороконожкой под отложной флисовый воротничок и ломать горными хрусталиками позвонки, морщила носик, обмякала локотком в ненавязчиво-цепкой челюстями хватке Джоанны, отсчитывала, как звучат каблуки. В примесь к собственным добавились шпильки, и теперь нарушался ритм по трём четвертям, получался резонанс. Рози это вводило в ужасающе давящий ступор, и ей приходилось отвлекаться на чуждые звуки, налаживая внутреннюю гармонию, оплетающую платочной вязкой шотландского кружева мутно резкую грань с миром окружающим - перекаты снопов по-монетовски хаотичных в цветах листьев, лай лабрадоров на выгуле, пузыри, ломанными зигзагами молний идущие от баржи - Глазго жил, и все вокруг жили, а герцог Девонширский больше нет. Рози этого не ощущала и понять не могла.

Кажется, в последний раз, перед исчезновением, они ходили в ресторан гонконгского «Ритца». Отец взял запечённого с репой фазана и добавил, что если она не перестанет протирать пустой бокал для вина салфеткой - придётся просить официанта тащить бечёвку.

- Разве? - рассеянно отозвалась Рози, выплывая из масляно-жирных прыгающих пятен по панелям из эбена, отрезвляясь от запаха одеколона с корицей «Clive Christian 1872», - вам кажется, мисс Мерсер... Джоанна. С последней нашей встречи я набрала фунт.
Курить Рози перестала, выбрасывая окурок во влажный бутерброд из размякших, раздавленных до сердцевины желудей и дубовых огрызков до черенков - папироса затухала синеватым пламенем, разъедала пятна грязи. Рози склонила голову на левое ухо, засмотрелась, почти рассмеялась, разглядев божью коровку в апельсиновой корочке - но не смогла.
- Вы исключительно изящны в трактовке понятий людского горя, - вежливо, отштукатуренно, отполированно и крайне глазированно заметила Рози, нисколько не изменяя ни скрещенным крест-накрест лодыжкам, ни вяло, лениво, и в то же время в лучших традициях античных статуй лежащим ручкам на коленках, - примите мои искренние соболезнования, Джоанна.
Зачирикал скрытый горчичной цедрой чиж, нелепо подражая лебединым шеям искривлялись вопросами гагары, клином окружающие паром, проносились мимо вывески небольших кофеен. Рози не очень запоминала названия и терялась в паутине улиц - точно такая же провисала занавеской на обрыве под забором, в обвал реки. Джоанна вряд ли говорила о родственнике.
- Он был настолько важен для вас? - Рози чуть замялась, а пальто упало уродливыми крупными драпировками, - о, прошу прощения за мою бестактность, Джоанна, и тем не менее. Вы не пытались отпустить его? Или попросту не хотели?
Если Рози и успела пролепетать что-то ещё, то слова прекрылись трубным сигналом парома - на баржу надвигался прогулочный катер с подростками в масках то ли огров, то ли гоблинов из какой-то компьютерной игры и корзиной для пикника.
[icon]http://i.imgur.com/Il5viv9.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » Undercover: Catch Me If You Can » Миссия невыполнима » Practice random kindness and senseless acts of beauty (c)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC